Последний дом

Давным-давно, аж несколько лет назад, на одной недалёкой планете бушевала пандемия ковида. Человечество боролось с заболеванием разными способами, которые включали также социальную дистанцию и самоизоляцию. Отголоски тех непростых времён до сих пор гулким эхом отдаются в полых черепах творцов, вынуждая их творить и вытворять такое, за что Netflix платит деньги. А потом плоды этих трудов скармливает своим подписчикам. Примерно так на свет появился фантастический триллер «Последний дом».

Сюжетная завязка строится на том, что в один прекрасный день одна среднестатистическая (и в меру инклюзивная) семья обнаружила, что заперта в собственном доме неведомой и непреодолимой силой. Впрочем, соседям, равно как и всем остальным жителям земляного шара, повезло ничуть не меньше: все оказались лишены возможности выйти из здания — а те, кто застрял снаружи, соответственно, не могут войти. Привычный уклад внезапно обрушился, а жизнь стала похожа на пресловутый ковидный период с самоизоляцией.

Внушительный кусок хронометража отведён под бытописание обычной семьи среднего класса, коротающей вынужденное заточение. Для простоты картины запасов провианта запасливой семейке хватает на достаточный срок, чтобы первое время посвятить приятному времяпрепровождению: просмотру старых фильмов на дисках, чтению, урокам, рисованию, физкультуре в ограниченном пространстве и прочим маленьким радостям жизни. Но потом еда подходит к концу — и оный конец принимает пугающее, метафорически-фаллическое значение.

Хотя даже в такой непростой ситуации глава семьи не теряет оптимизма и бодрости духа. «Я у мамы инженер» — вспоминает мужчина и ваяет из подручных средств ловушки, которыми ловко ловит бродящих снаружи животных. «Стоп-стоп, какая наружа, если дом запечатан сильным колдунством?» — спросите вы и будете правы. Здесь мы ступаем на скользкую дорожку неудобных вопросов, способных своей железобетонной логикой пошатать до основания зыбкую нарративную конструкцию.

Да, дом запечатан невидимым силовым барьером, который не даёт открыть двери, разбить окна и даже сделать подкоп. Однако вместе с этим отверстие печной трубы, сиречь дымоход, вполне себе открыто и пропускает в обе стороны как предметы, так и людей. Почему талантливый инженер даже под страхом голодной смерти не сообразил разобрать трубу? А чтобы дом не рухнул, ибо кирпичный тоннель им. Санта-Клауса является несущей конструкцией. Мог ли талантливый инженер с кучей свободного времени найти способ обойти эту угрозу? Нет, так как архитектура — это не его специальность.

Ну да ладно, пойдём дальше, главное смотрите под ноги, чтобы не споткнуться о рояли — авторы щедро расставили их в здешних кустах. Интернет отрубился в момент изоляции здания от внешнего мира, однако сигнал от ключей до автомобиля доходит без проблем. Вода, газ и электричество исправно поступают, а канализация работает на смыв так хорошо, что неясно, почему продюсеры не спустили в унитаз сценарий данного опуса. Что же имеет место быть в этой ситуации: типичная вера соевых обывателей в то, что электричество живёт в розетке в стене, а вода генерируется прямо в кране? Или же дежурные бригады, запертые на электростанциях, водокачках и газопроводах, продолжают исправно нести свой крест, несмотря на нетривиальные обстоятельства, включающие среди всего прочего банальный дефицит еды? Или это всего лишь запас прочности автоматизированных систем?

Увы, данные вопросы остаются без ответа. Авторы с грациозным изяществом асфальтового катка уходят от них, попросту игнорируя всё, что не влезает в стены центрообразующего дома. Нет, электричество и газ в какой-то момент отключатся, а глобальные масштабы случившегося инцидента обозначены закадровым голосом практически с первых кадров. Просто всё, что выходит за рамки повествования о мытарствах одной конкретной семьи не интересует создателей — и старательно замалчивается как малозначимое.

Отсюда проистекает главный, основной и самый весомый недостаток фильма, напрочь перечёркивающий любые потенциальные плюсы: «Последний дом» — это непродуманная идея с очень корявой и невзрачной реализацией. Такие задумки, по-хорошему, должны оставаться в головах своих творцов или на бумаге, спрятанной глубоко в столе. Возможно, если кто-нибудь талантливый и дотошный посидел бы над сценарием год-другой, то в итоге вышло нечто вразумительное, но пока что вышло то, что вышло.

Нельзя исключать, что на самом деле творцы хотели иносказательно поведать о важности семьи и простых ценностях, которые регулярно попираются свободолюбивыми завсегдатаями твиттеров. В пользу этого предположения говорит обилие художественных допущений: помимо вышеизложенных бытовых удобств, фейспалм вызывает невесть откуда взявшаяся подростковая одежда по фигуре при пятилетнем заточении. А ещё есть замечательный чудо-сад под крышей дома, лишённый прямого солнечного света, но способный прокормить четырёх человек. Становится понятно, что, как и в случае с жилищно-коммунальными услугами, познания творцов в сельском хозяйстве крайне поверхностны и примитивны — как финансовая грамотность у женщины из анекдота, берущей деньги в тумбочке.

Сложно считывать невнятные аллюзии, когда по мере просмотра в голове раз за разом всплывают неловкие вопросы. Ещё сложнее поверить, что они заложены авторами изначально. А вот поверить в то, что сценарий писался спустя рукава, оказывается проще простого — современные тенденции приучили к этому. И поэтому ничуть не удивительно, что на выходе получилась дурно пахнущая субстанция неприятного цвета и омерзительной консистенции. Смотрите, не вляпайтесь.